В поисках себя

Растет число молодых марок, идея которых базируется на исследовании национальных костюмов и давних швейных традиций. Но обновленное вдохновение этникой — это уже не примитивный копипаст узнаваемых ярких орнаментов, как это было совсем недавно, а поиски смысла, вложенного в одежду много веков назад.

поделиться в vk поделиться в telegram

Сегодня дизайнеры отправляются в прошлое, чтобы вернуть саму суть дизайна. Изучая костюм, они понимают, что этническая одежда целесообразна, каждая ее деталь оправданна и продиктована особенностями материала, климата, образа жизни, социального статуса. А все «украшательства», рисунки, орнаменты — это коды, язык, на котором «разговаривал» костюм. Такие вещи заставляют задуматься: неужели мы утеряли одну из важных способностей — производить полностью осмысленную одежду? Поэтому роль дизайнеров, которые обращаются к этнике, может быть весьма значительной — эту самую способность вернуть.

Сегодняшние fashion-экспериментаторы не воспринимают традиционный костюм как что-то священное и незыблемое, как то, что уже не может быть подвергнуто эволюции. В международных школах дизайна есть специальные занятия, посвященные воссозданию исторических и этнических костюмов. Например, в Королевской академии изящных искусств преподаватели следят, чтобы реконструкция была максимально достоверной, а упор делается на конструктивных линиях, пропорциях и силуэте: студенты изготавливают «реплики» из однотонного материала, чтобы лучше понять и прочувствовать форму одежды, логику ее происхождения. Принты и рисунки изучаются тоже, но уже отдельно. Студентам подсказывают, что не обязательно вдохновляться историей своей родной страны. Напротив, умение увидеть что-то знакомое в чужой культуре, бережно и чутко ее интерпретировать — важное качество для дизайнера.

Маша Андрианова, платье

Jahnkoy (Маруся Казакова)

Occhii (Леонид Батехин)

1 / 3

Но реальность сейчас слегка абсурдна. С одной стороны, пропагандируется и поощряется культурное разнообразие, с другой — существует опасность нарваться на обвинения в экспроприации, «позаимствовав» визуальные коды национальных меньшинств. При этом появляется все больше дизайнеров-космополитов, которые родились в одной стране, учились в другой, а бренд развивают в третьей — как они могут отделить «свое» от «чужого»? Визуальная сеть Pinterest, проанализировав интересы и запросы пользователей, выделила internationally inspired как один из сильных трендов 2020 года. «Ремесленники со всего мира используют цифровые медиа, — говорится в прогнозе. — Их рассказы о наследии и традициях распространяются повсюду, вдохновляя других попробовать что-то новое». Во время путешествий, отмечают аналитики, тоже повысился спрос на знакомство с локальными культурами, с ремесленными традициями в рамках получения нового опыта, который сейчас ценится больше привезенных из-за границы сувениров.

Маруся Казакова, которая училась в fashion-школах Москвы, Лондона и Нью-Йорка, была очарована поэтичностью африканских и североамериканских нарядов, которые ей удалось объединить с русским костюмом. Оказалось, можно найти много общего в ритмах орнаментов, в красках, в простых по крою вещах, расшитых бусинами и тесьмой. Леонид Батехин, как и Казакова, учился в Нью-Йоркском институте Parsons, а после запустил лейбл Occhii и теперь изготавливает одежду из павловопосадских шалей. По словам дизайнера, он не покупает платки специально, а «спасает» текстиль, отбракованный на российских фабриках.

Маша Андрианова провела детство в Бельгии и Франции, училась в парижской школе Atelier Chardon Savard. Еще во время учебы почувствовала интерес к корням и, переехав в Россию, углубилась сначала в историю семьи, а затем — в историю костюма. Сегодня Маша делает спокойные, минималистичные платья и блузы, в основе которых — форма старинной русской северной одежды, намеренно очищенной от декоративности. Тем, кто вырос в стране на обломках Союза — или в бывших союзных республиках, — приходится буквально по крупицам восстанавливать приметы собственной идентичности: в эпоху перемен многое было утеряно и забыто. Москвичка Женя Ким помещает в ДНК своего бренда и национальный корейский костюм, и воспоминания о детстве, проведенном в Узбекистане. Автор марки Azi Азиза Азим вдохновляется культурой Шелкового пути, рукотоворные материалы покупает в Индии, а лукбуки снимает в Узбекистане, где жили ее родители.

Annur Clothes (Каролина Павловская)

J.Kim (Женя Ким)

Azi (Азиза Азим)

1 / 3

Но если погружаться в историю национального быта несерьезно, без особой любви к предмету, можно скатиться в лубочность и формализм. Авторы онлайн-проекта Ornamika проделали грандиозную работу по оцифровке и помещению в единый архив нескольких тысяч орнаментов, но уже получили порцию критики от специалистов — реконструированные орнаменты, а также их интерпретации должны отрисовываться не механически, а с пониманием того, что означает каждая «буква» узора, как ее читать. В умении объединять современное и историческое особенно показательны марки, работающие с мусульманской эстетикой, они демонстрируют, как можно сохранять каноны и в то же время предлагать актуальную и даже порой авангардную одежду: в формате modest fashion работают дизайнер-минималист Каролина Павловская, запустившая марку Annur Clothes, и талантливая художница Асия Бареева.

Дизайн развивается, как правило, вопреки устойчивым мнениям и трендам, потому что сам их задает. И возможно, инспирация национальной эстетикой как общекультурными корнями в условиях, когда в любой момент можешь быть подвергнут обвинениям, что не имеешь права вдохновляться не «своим», это и есть как раз путь рождения настоящего дизайна, который не идет на поводу у стереотипов и клише.