Крупнейшие торговые центры потеряли четверть посетителей

В период с января по ноябрь 2022 года Mall Index (количество посетителей на 1 тыс. кв. м площадей) в крупнейших торгцентрах (более 80 тыс. кв. м) в Москве и Подмосковье снизился на 25% год к году и на 39% по сравнению с тем же периодом 2019 года. Такие данные приводит «Коммерсант» исходя из анализа статистики данных Focus Technologies.

поделиться в vk поделиться в telegram

Трафик крупных ТЦ (40–80 тыс. кв. м) сократился меньше — на 7% год к году и на 24% по сравнению с 2019 годом. Посещаемость средних объектов (20–40 тыс. кв. м) осталась на уровне прошлого года, но на 26% ниже, чем до пандемии. Малоформатные торговые центры (5–20 тыс. кв. м), напротив, нарастили трафик за год на 1%, но по сравнению с 2019 годом сокращение составило 8%.

Аналитики связывают устойчивость трафика в малоформатных торговых объектах с их ориентацией на товары повседневного спроса и изначальным отсутствием в качестве значимых арендаторов западных брендов, которые были ключевыми в крупноформатных ТЦ и ушли с российского рынка.

Доля пустующих площадей в российских торговых центрах за год увеличилась до 12%, свидетельствуют подсчеты «Магазина магазинов». Отрицательная динамика сохраняется даже несмотря на активный переход в офлайн многих локальных брендов.

Также, согласно Focus Technologies, большие торгцентры в значительной степени пострадали от сокращения покупательной способности населения.

Сложившаяся ситуация повлияла и на снижение девелоперской активности — объемы сдачи новых торговых площадей по итогам года прогнозируются на рекордно низком уровне — от минус 38% и больше. Участники рынка приходят к выводу, что строить новые моллы стало нерентабельно, поэтому новое предложение формируют в основном районные торгцентры площадью до 20 тыс. кв. м.

Аналитики не ожидают заметного восстановления посещаемости торгцентров в первом полугодии следующего года и констатируют серьезную переконфигурацию рынка под влиянием сразу нескольких факторов, включая переход покупателей в онлайн, изменение потребностей вследствие пандемии и геополитический кризис.