Ювелирный футуризм

В течение последнего пятилетия на российском рынке активно развивается сегмент современных нестандартных украшений, дизайн которых – за гранью традиционного ювелирного искусства. Кто их создает и кто покупает?

«Дизайнерская ювелирка растет из понимания того, что эстетическая ценность украшения не зависит от материальной стоимости, – поясняет Игорь Комов, руководитель бренда Alchemia Jewellery, директор ювелирного конкурса MJDW, соучредитель портала Jevel.ru. – Когда появилась бижутерия, мы поняли, что украшение не обязательно должно быть дорогим. Следующий шаг эволюции – осознание того, что ювелирная эстетика очень богата и многогранна. Так появились интересные формы, новые форматы. Раньше были кольцо, сережки и подвеска, сейчас: украшения на одну сторону ладони, на другую сторону ладони, наплечные броши, чокеры... И диапазон материалов стал гораздо шире, чем классические серебро и золото».

Один из основоположников современного российского ювелирного неоавангарда – Владимир Маркин. В 2006 году он выпустил коллекцию «Сухое-нижнее (белье)», в которую вошли колье в виде бельевой веревки. Серебряные или золотые бюстгальтеры, трусики, носки, маечки и плавки сушатся на крохотных прищепках, выполненных из драгоценных металлов. В следующем году Маркин создал коллекцию «Канцелярия». «Огрызки» карандашей превратились в серьги, запонки и браслеты. На кончике каждого карандаша красовался коралловый ластик. «Мне хотелось сделать что-то совсем непафосное по форме, но поскольку я приверженец классической технологии, то не смог работать с полимерами и синтетическими камнями, – рассказывает Владимир Маркин. – Обычно эксперименты проводят в бижутерии, а мне кажется, что золотые трусы с настоящей эмалью или серьги-карандаши, протыкающие уши, намного круче. Реакция всегда одна – удивление: «А это правда коралл, а не ластик?»

Новаторский бренд «Ювелирный театр» (Jewellery Theatre) славится своим фантазийным дизайном, миксом ярких драгоценных камней в самых неожиданных цветовых сочетаниях. Коллекции «Ювелирного Театра» являются красочными иллюстрациями своих говорящих названий – «Облака», «Кораллы», «Бионика».

Юрий Былков делает авангардные геометрические украшения из титана, пластика, самобытной керамики, вдохновляясь творчеством мировых архитекторов. Как и в работах других современных ювелиров, в его украшениях главное – эффект, производимый необычной конструкцией.

Изделия Германа Кабирски производят впечатление объектов из параллельных миров. В их основе – странные сочетания материалов, незаурядная архитектура и новейшие технологии. Кабирски сопрягает медь и золото, мех и серебро, гальку и золото, дерево и бриллианты, кости и бриллианты. Например, в его новой коллекции есть колье из хребта змеи с бриллиантами. Мастер любит использовать в своей работе камни с природными дефектами.

Для ювелира Марины Касперович, основателя бренда Neuroses, дизайнерские украшения – это и вызов традициям, и переосмысление функций предмета. К примеру, за основу фарфорового комплекта из коллекции Golder Than Gold взят ипликатор, изобретенный учителем музыки Иваном Кузнецовым в 1980-м – он переродился в белоснежное колье, брошь и подвеску. В коллекции Perfect Pill украшения предстают в роли лекарства от стресса, витамина от скуки. «Принципы предметного дизайна почему-то не всегда работают в украшениях, – говорит Марина Касперович. – Например, можно сделать неудобный стул, и никто на нем не станет сидеть, но при этом у каждого есть неудобные серьги или кольцо, которое случается носить. Парадокс!»

По словам Марины Касперович, ей постоянно приходится заступать на территорию смежных отраслей – технологии, архитектуры, психологии, – чтобы отвоевывать для ювелирки право быть непохожей, нетрадиционной, недрагоценной, в конце концов.

У современных ювелиров выбор материалов почти беспределен. «Обычно я использую материалы, которые в ювелирке не часто применяются, – рассказывает Максим Сытников, основатель одноименного бренда. – Недавно я придумал способ, как делать украшения из войлока, а еще – из каменного шпона. Еще у меня есть изделия из раковин устриц. Или вот – титан. Это достаточно известный материал, но в ювелирке он стал набирать популярность только в последние годы. Не является драгоценным металлом, довольно сложен в обработке. Некоторые техники, которые можно использовать для серебра и золота, для титана недоступны, например, литье. Несмотря на это, многие мастера начали делать украшения из титана – получается феерично, благодаря тому, что этот материал разнообразен в цвете, очень легкий. Идеален для тех же сережек – массивное украшение, которое выглядит большим, объемным и тяжелым, а на деле совершенно невесомо».

Еще в своих работах Максим использует дерево. Этот теплый материал обеспечивает хороший контакт со своим владельцем. Украшения из дерева очень быстро перенимают температуру тела и совершенно неощутимы во время носки. 

«В качестве материалов легко могут использоваться пух, пластмасса, бумага, нанотехнологии, – продолжает Игорь Комов. – Возможно освоение всего, что только можно добыть. Осознание того, что нам нужно что-то большее, запускает развитие новых технологий».

Например, основатель бренда Force Анастасия Кучеренко создала броши-манифест против насилия из фарфора. За основу был особый вид английского фарфора «Париан» без глазури, фарфоровый бисквит. «Принципиальное отличие от традиционной «ювелирки» заключается в симбиозе дизайнерских принципов с классическим функционалом, плюс применение нетрадиционных ювелирных материалов, – поясняет Анастасия Кучеренко. – Фарфор в сочетании с драгоценными материалами создает неоднозначные, будоражащие воображение эффекты».

Мария Овчинникова-Ефанова создает под брендом M.O.E. броши-fefochki, которые напоминают живопись на лацкане делового костюма. И поскольку ювелирная эмаль – очень капризная техника, то ни одна fefochka не повторяется. «Я увлекаюсь стрит-артом, японскими живописью и литературой, современным дизайном и новыми технологиями, – говорит Мария. – Поэтому, наверное, основным направлением нашей работы сейчас является горячая эмаль. В ней есть возможность работать и с цветом, и с фактурой, и с прозрачностью, и с блеском металла».

Ювелиры-дизайнеры сходятся во мнении, что нестандартные украшения актуальны для тех потребителей, которые постоянно стремятся к чему-то новому и передовому, хотят выделяться и подчеркивать свою индивидуальность.

«Если говорить о российском рынке дизайнерской ювелирки, я вижу два больших направления, – рассуждает Марина Касперович. – Первое – украшения, которые создаются в рамках существующих мировых трендов (геометрия, минимализм, украшения с эзотерической подоплекой, поп-арт и так далее). И здесь выше шанс выйти навстречу массовому потребителю. Второе – нишевая авторская ювелирка, с куда более узкой аудиторией, с которой эффективнее работать адресно, точечно. Neuroses балансирует где-то на границе. Основной наш клиент – это человек, который работает ради любимого дела, а не ради денег, путешествует ради опыта, а не отдыха. Такие люди встречаются и в бизнес-центрах, и в коворкингах, и на техно-вечеринках, и на академических концертах. Удивительным образом они находят нас сами».

Мария Овчинникова-Ефанова продолжает: «Я надеюсь, что люди будут больше носить украшения для собственного удовольствия, для того, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность и мировоззрение, а не для пускания пыли в глаза. Тогда рынок ювелирных украшений может выглядеть очень разнообразным и полным креатива».

Современные ювелиры-новаторы с оптимизмом оценивают перспективы развития своей ниши. «Я считаю, что будущее за молодым поколением ювелиров, которые стремятся, ничего не боясь, создавать украшения необыкновенные, порой провокационные, – говорит Анастасия Кучеренко. – Будущее у тех, у кого есть сильное желание прививать новое видение и смотреть под другим углом на общепринятые вещи».